Компаративистика. Рубрика в журнале - Новый филологический вестник

Публикации в рубрике (43): Компаративистика
все рубрики
"Гофмановский комплекс" в романе А. Ремизова "Часы"

"Гофмановский комплекс" в романе А. Ремизова "Часы"

Королева Вера Владимировна

Статья научная

В статье исследуется проблема функционирования в русской литературе неомифологических комплексов, в частности, «гофмановского комплекса» на примере романа А.М. Ремизова «Часы» (1908). Утверждается, что в первой половине Х1Х в. в России формируется «гофмановский текст русской литературы», который состоит из «гофмановского комплекса» (сюжеты, образы, проблематика и стилистика, характерные для немецкого писателя), имени - мифа Э.Т. А. Гофмана, а также мифологизированных образов его героев. Интерес к Гофману на рубеже веков способствует актуализации «гофмановского комплекса» в литературе русского символизма. Анализируются особенности воплощения и трансформации «гофмановского комплекса» как художественного приема в романе А.М. Ремизова «Часы»: синтез искусств (построение романа как музыкального произведения), двоемирие (прием «удвоения действительности»), образ-символ зеркала (гиперболизация пороков окружающей реальности и способ отражения мыслей героев), психологизм, двойничество (оппозиции прекрасное - уродливое, великое - ничтожное), разрушительная ирония, нашедшая воплощение в гротескном образе хохота, проблема механизации человека и общества, которая основана на идее подчинения человека времени и превращения его в механизм: оппозиция живое - неживое (одушевление не только предметов - смех, колокол, стены, но и абстрактных понятий - мысли, время).

Бесплатно

"Крушение гуманизма" А. А. Блока и "Закат Европы" О. Шпенглера: источники и параллели

"Крушение гуманизма" А. А. Блока и "Закат Европы" О. Шпенглера: источники и параллели

Магомедова Дина Махмудовна

Статья научная

В статье проводится аналогия между философией культуры, изложенной в статье Александра Блока «Крушение гуманизма», и концепцией культурных циклов в книге Освальда Шпенглера «Закат Европы». Совпадение терминологии (фазы «культуры» и «цивилизации») исключает заимствование, в России в 1919 г. Шпенглер еще не был переведен. Однако в статье доказывается, что общими источниками для Шпенглера и Блока являются русские историософские труды Н.Я. Данилевского «Россия и Европа» и «Исторические письма» П. Лаврова.

Бесплатно

"Лебединая песня" А. П. Чехова на иракской сцене

"Лебединая песня" А. П. Чехова на иракской сцене

Ларионова Марина Ченгаровна, Аббасхилми Абдулазиз Яссин

Статья научная

В становлении профессионального театра Ирака важную роль играл художественный опыт русской литературы. В свою очередь театр Ирака сыграл большую роль в популяризации чеховского творчества среди арабов. Освоение театрального наследия Чехова началось с водевилей и одноактных пьес. Самым популярным стал драматический этюд «Лебединая песня», поскольку тема трагической судьбы актера оказалась актуальной для иракской культурной и общественной жизни. Исходя из представленного в статье обзора постановок, делается вывод о том, что иракские режиссеры подчеркивают психологизм пьесы и его социальную остроту. Журнальные и газетные рецензии передают особенности восприятия пьесы иракскими критиками и зрителями. В драматургии А.П. Чехова иракских критиков, режиссеров и зрителей в первую очередь привлекали те ее особенности, которые оказались наиболее близки традициям иракского театра: сочетание трагического и комического, условность, символический характер образности. Отмечается, что чеховский драматический этюд послужил основой для интересных, хотя и не всегда успешных театральных экспериментов. Драматические произведения А.П. Чехова подверглись существенной трансформации с целью адаптации их к иракским театральным традициям и социально-политической обстановке в стране. Новаторская драматургия Чехова способствовала формированию иракского театра и его художественных по-исков.

Бесплатно

"Любовь сильнее смерти": о восприятии "Клары Милич" Тургенева Франсом

"Любовь сильнее смерти": о восприятии "Клары Милич" Тургенева Франсом

Крылова Ирина Алексеевна, Никитина Наталья Александровна, Тулякова Наталья Александровна

Статья научная

Повесть И. Тургенева «Клара Милич» впервые рассматривается в статье в качестве претекста новеллы А. Франса «Лесли Вуд». Опора Франса на тургеневский текст реализуется на трех уровнях: сюжета (мотивы непорочного брака, физической любви героя и его умершей возлюбленной, смерти героя), системы персонажей и речевого оформления (прямые цитаты из речи тургеневских героев). Обнаруженные текстуальные совпадения доказывают, что Франс сознательно ориентировался на текст Тургенева. Столь обширные заимствования позволяют рассматривать «Лесли Вуда» как своеобразную художественную трактовку «Клары Милич». При этом представляется, что Франс воспринял повесть Тургенева несколько иначе, чем критика конца XIX в. Его не привлекали ни культурно-исторический контекст, ни психоаналитический аспект повести. Франс сосредоточивается на теме мистической любви, взаимоотношений мужского и женского, причем акценты в его трактовке расставлены иначе, чем в претексте. В то время как «Клара Милич» выводит на первый план главную героиню, в «Лесли Вуде» сюжет движется поступками и душевными движениями мужчины. Главная героиня Тургенева является яркой, в чем-то демонической личностью, героиня же Франса, напротив, лишена своей воли и следует за супругом. При этом Франс акцентирует не столько гибельность загробной любви, сколько роль этого чувства в становлении, развитии души. Попадая в цикл «Перламутровый ларец», другие рассказы которого также затрагивают тему любви и смерти, непорочного брака, тургеневский сюжет становится еще одной точкой зрения в сложной повествовательной системе цикла. В то же время прочтение «Лесли Вуда» в контексте «Клары Милич» ослабляет иронию, свойственную другим произведениям цикла, придает персонажам драматизм и трагизм.

Бесплатно

"Норковый ручей" Льва Лосева: сквозь призму Фроста

"Норковый ручей" Льва Лосева: сквозь призму Фроста

Красильникова Татьяна Александровна

Статья научная

В фокусе настоящей статьи - стихотворение Льва Лосева «Нор-ковый ручей», прочитанное сквозь призму стихотворения “West-Running Brook” Роберта Фроста. В результате компаративного анализа двух текстов становится ясно, что география, культура и история штата Нью-Хэмпшир в сознании Лосе-ва неразрывно связаны с фигурой американского поэта, творчество которого, в свою очередь, ассоциируется с традицией русской нарративной лирики XIX века (в частности, с именем Н.А. Некрасова) и с поэзией ближайшего друга Льва Ло-сева Иосифа Бродского. Отдельно рассматривается роль «чужих слов», которые расширяют заданную Фростом и переосмысленную Лосевым тему смертности вечности бытия и позволяют взглянуть на нее с ракурса русской литературной традиции. В ходе пристального чтения стихотворения «Норковый ручей» комментируются некоторые биографические, географические и культурные реалии.

Бесплатно

"Охота на Снарка" Л. Кэрролла в романе М. Петросян "Дом, в котором..."

"Охота на Снарка" Л. Кэрролла в романе М. Петросян "Дом, в котором..."

Синегубова Капиталина Валерьевна

Статья научная

Целью настоящей работы является изучение функционирования поэмы Л. Кэрролла «Охота на Снарка» в романе М. Петросян «Дом, в котором.» и выявление дополнительных смыслов, которые возникают благодаря взаимодействию двух текстов. Рецепция произведений Л. Кэрролла в романе М. Петросян еще не изучалась, несмотря на отмеченную в исследовательских работах интертекстуальность произведения. «Охота на Снарка» в романе появляется в ряду отсылок к другим произведениям Льюиса Кэрролла, таким как «Алиса в Стране чудес», «Алиса в Зазеркалье», «Морж и Плотник». Но последовательное цитирование «Охоты на Снарка» в эпиграфах позволяет интерпретировать эту поэму как ключевой текст. Было выявлено, что соотнесенность эпиграфов из «Охоты на Снарка» с соответствующими главами в большинстве случаев чисто формальная: эпиграфы соотносятся с малозначительными эпизодами, не требующими пояснения. Однако в целом эпиграфы из поэмы Кэрролла поддерживают стратегию поиска скрытого смысла, являющуюся ключевой для романа М. Петросян. Поэма Л. Кэрролла способствует прояснению сущности одного из главных персонажей «Дома, в котором.» - Шакала Табаки, который занимается охотой, как охотники на Снарка, и является автором устных и письменных текстов, в которых значимую роль играет нонсенс. Таким образом, Шакал Табаки предстает своеобразным наследником поэтики нонсенса Л. Кэрролла. Повествовательная стратегия этого героя позволяет передать внимательному слушателю косвенные сведения о мистической природе Дома и течении времени, не нарушая при этом многочисленные табу внутри художественного мира. В образе Шакала Табаки реализуется единство шутливого, комического и трагического начал, как и в поэме Кэрролла. Будучи одновременно воспитанником Дома и Хозяином Времени, этот герой имеет двойственную природу, как Снарк, предстающий Буджумом.

Бесплатно

Bob Dylan's “Tarantula” in the structure of Mariam Petrosyan's novel “The gray house” (“The house, in which...”)

Bob Dylan's “Tarantula” in the structure of Mariam Petrosyan's novel “The gray house” (“The house, in which...”)

Sinegubova Kapitalina V.

Статья научная

M. Petrosyan’s novel “The Gray House”, whose title is already a quote from the famous children’s poem (Russian: “Dom, v kotorom…”, literally: “The House, In Which...”), abounds with the quotes and reminiscences. The constantly arising quotes in the fiction world of the novel create a peculiar cultural code which is common for all main characters. Being socially isolated, the teenage characters create their special world filling it with the cultural senses. The understanding of the implication created by the references to other texts (it is generally rock music and fantasy or science fiction literature) allows the reader to join the fiction world of the novel too. The mention of rare, little-known texts becomes the sign of the author’s orientation to underground literature. A specific place among such texts is taken by Bob Dylan’s novel “Tarantula” published in Russian in 1991 The references to Bob Dylan’s “Tarantula” in M. Petrosyan’s novel “The Gray House” are present in the epigraphs to four chapters and the names of characters as well. In each case the separate words of their epigraph coincide with some element of the fiction world embodied in the chapter. The close link arises between the epigraph and the character who is a subject of consciousness and speech in the chapter. Nevertheless, the unambiguous semantic link of the epigraph with the text of the novel does not arise. It is explained by the specifics of the novel “Tarantula” where the author constantly appeals to the nonsense and absurdity. On the one hand, the senseless phrase taken as an epigraph hints at the existence of hardly perceptible and ambiguous sense. On the other hand, it calls into question reliability and unambiguity of the information received by our minds. Besides, the quotes from the same book create additional links between characters who are poorly connected at the plot level.

Бесплатно

Chronology of the English translations of Alexander Blok's works: history and modernity

Chronology of the English translations of Alexander Blok's works: history and modernity

Tchougounova-paulson Elena E.

Статья научная

The history of English translations of Alexander Blok’s poetry and prose (primarily the former, but interest in the latter is increasing nowadays) covers a lengthy and colourful period of nearly 100 years, beginning when the poet was still alive. In case with Blok’s works there are two main sources for translations into English: the first (and the richest) is represented by native English speakers (and among them are multitudinous professional literary workers, such as poets, literary journalists etc.) and the second relies on Russian immigrants (White émigrés and later) involved in the literary process, living in the UK, the US or elsewhere outside Russia. Although the first attempts at translating Blok’s poetry for the Western audience were not very successful, the actual work never fully died away, but rather diminished, for a variety of reasons (primarily non-literary). As a literary figure, Blok is not so vividly recognisable in the West as he might be: although his works are gloriously famous inside Russia, he is not a common subject for academic research. Partly, the problem lies inside the difficulty of translating his works, because they are complex, overpowered by the Symbolist philosophy and stylistically exquisite. But despite that, professional translators continue their efforts, and our main aim in this paper is to show the most significant of them, to systematise and to reveal which ones can be identified as the closest to the original, and widely quoted.

Бесплатно

The tragedy of the “decaying” (“vymorochny”) clan in “The Golovlyov family” (1880) by M.E. Saltykov-Shchedrin and “Absalom, absalom!” (1936) by W. Faulkner

The tragedy of the “decaying” (“vymorochny”) clan in “The Golovlyov family” (1880) by M.E. Saltykov-Shchedrin and “Absalom, absalom!” (1936) by W. Faulkner

Veligorsky Georgy A.

Статья научная

This article attempts to analyze the artistic means by which two writers - William Faulkner and M.E. Saltykov-Shchedrin - in their novels written in the genre of the “genealogical saga”, are depicting the decay, degeneration and abolishment of a fading noble family. In addition to the natural signs of the degeneration of the noble family (such as drunkenness and in the case of Golovlyovs, the criminal sources of enrichment in the case of Sutpen, and the departure from the patriarchal canon in both cases), both writers also appeal to metaphysical reasons - in particular, such as the predestination of death, the initial doom of the noble family due to this or that sin, the “wormhole”. Faulkner and Shchedrin develop the metaphor of the noble estate as a mausoleum in which its inhabitants are imprisoned; coffin or tomb, where they rested during their lifetime; the image of the ice Dante’s hell embodied on earth in the world of a noble estate. These metaphors and images are reinforced by demonic features in the images of the main characters of the novels - Thomas Sutpen, Arina Petrovna, Iudushka, - reinforced by extensive parallelisms. Both writers create in their works a special text using all kinds of images: mythological, biblical, even fabulous; our task will be to trace their artistic identity. Moreover, as an additional task, we will try to identify the common places of the two novels and to prove that the “Golovliov Family” by M.E. SaltykovShchedrin could have influenced W. Faulkner and reflected on his artistic worldview during his work on the novel “Absalom, Absalom!”

Бесплатно

А. Белый и Э. Т. А. Гофман. Черты гофмановского стиля в творчестве А. Белого

А. Белый и Э. Т. А. Гофман. Черты гофмановского стиля в творчестве А. Белого

Королева Вера Владимировна

Статья научная

В статье рассматриваются черты гофмановского стиля, нашедшие отражение в творчестве А. Белого: романтическая ирония и гротеск, психологизм, двойничество, карнавальность, кукольность, музыкальность. Показывается, что в первую очередь гофмановские черты проявились в «Симфониях»: в условно-фантастическом, сказочном мире в духе Гофмана, романтической иронии, которая сочетается с «бытовыми» деталями, двоемирии, психологизме и теме двойничества. Романтическая ирония у Белого, как и Гофмана, отражается в карнавальности, кукольности и реалистическом гротеске. Маски домино у Белого часто связаны с образами безумного смеха, плясок смерти и с темой огня. Комплекс этих образов восходит к новелле Гофмана «Песочный человек». Гофмановское влияние проявилась и в романе Белого «Петербург». Таким образом, можно говорить о наличии сходных стилевых приемов, совпадении некоторых образов, сюжетов и творческих принципов.

Бесплатно

Акустика "Догвилля": Л. фон Триер и А.П. Чехов

Акустика "Догвилля": Л. фон Триер и А.П. Чехов

Турышева Ольга Наумовна

Статья научная

В статье предлагается пристальный анализ звуковых образов, фигурирующих в тексте сценария фильма современного датского режиссера Ларса фон Триера «Догвилль» (Dogville, 2003). Доказывается, что данный сценарий обладает всеми качествами литературного произведения. Об этом в частности свидетельствует ориентация автора на классику театральной драмы, а именно традицию чеховского театра. Выдвигается гипотеза о том, что память о чеховском театре и «власть [чеховского] приема» (Л.В. Карасев) не в последнюю очередь определяют параметры художественного мира «Догвилля». Л. фон Триер использует приемы русского драматурга, связанные со звуковым оформлением сценического действия. В тексте сценария анализируемого фильма звук фигурирует по-чеховски: он имеет такие же символические формы проявления и такие же семантические функции, которые реципиенту знакомы по драматургии Чехова. Автор статьи показывает, что особая символическая нагрузка у Чехова и фон Триера отличает не столько отдельные звуки, сколько их соотношение. Так, в финале «Вишневого сада» звук лопнувшей струны и звук топора формируют единое смысловое поле, катарсически воздействующее на реципиента. В «Догвилле» такое поле создает сочетание трех звуков: колокола, органа и забиваемых на болоте свай. Доказывается, что данная звуковая триада выводит представленную историю на уровень библейских обобщений о вине и воздаянии. Предметом анализа также становится звук, находящийся вне выше обозначенной акустической системы. Это звук исчезающего звона, в интертекстуальной перспективе очевидно коррелирующий с чеховским звуком лопнувшей струны. Делается вывод о том, что система звуков в сценарии «Догвилля» является важнейшим элементом формирования философской проблематики фильма, связанной с авторской рефлексией относительно важнейших постулатов христианской этики.

Бесплатно

Былинные богатыри - взгляд с Запада: начальная рецепция русского эпоса в немецкой культуре

Былинные богатыри - взгляд с Запада: начальная рецепция русского эпоса в немецкой культуре

Миронов Арсений Станиславович

Статья научная

Немецкие исследователи и читатели русских былин знакомились с ними двумя путями: во-первых, через лубочные картинки, которые зачастую производились не в России, а именно в Германии, и, во-вторых, благодаря публикациям литературных «былин» на немецком языке (К.Х. фон Буссе, А. Дитрих и др.). Это обусловило особую рецепцию русского эпоса. В лубочных картинках богатыри утрачивали национальные черты, менялись не только их внешний, но и внутренний облик. В то же время в самой России недостаток публикаций текстов былин приводил к тому, что былинные сюжеты, отраженные в немецких «переводах», в лубке, зингшпилях и литературных сказках, оценивались как «грубые». Первая публикация текстов былин о русских богатырях на немецком языке, привлекшая заметное внимание ученых в Германии и в России, состоялась в 1819 г. Это книга Карла Буссе «Князь Владимир и его Круглый стол: древнерусские эпические песни» (Karl Heinrich von Busse. “Furst Wladimir und dessen Tafelrunde: Altrussische Heldenlieder”). Сюжет этих «былин» имеет исток в «Русских сказках» В.А. Левшина и балладах А.Х. Востокова. Буссе обращает внимание на различие ценностных систем русского и западноевропейского эпоса и делает вывод о языческой природе былин и о культурной отсталости русского народа. Сходные выводы можно сделать и по другим немецким публикациям русских былин (например, А. Дитриха). Таким образом, рецепция русского былинного эпоса в немецкой культуре представляется искаженной не только по внешним признакам, но и в самой основе - в ценностной системе.

Бесплатно

В. Ф. Ходасевич и Г. Гейне (статья первая)

В. Ф. Ходасевич и Г. Гейне (статья первая)

Успенский Павел Федорович

Статья научная

Статья посвящена влиянию Гейне на поэзию Ходасевича. Хотя русская литературная традиция для Ходасевича была важнее, чем европейская, в его лирике обнаруживается ощутимый пласт поэзии Гейне. Обращение к Гейне в ранних стихах Ходасевича можно охарактеризовать как поверхностное. Оно необходимо либо для ироничного изображения любви («Стихи о кузине»), либо для описания типизированного немецкого города («В немецком городке»). В стихах «Тяжелой лиры» (1920-1922 гг.) усвоение Гейне оказывается более глубоким. Ходасевич, с одной стороны, развивает едкую гейневскую иронию («Жизель»), а с другой - усваивает его романтическое отношение к любовной теме («Странник прошел, опираясь на посох…»). Соседство в рамках книги как смыслового единства двух тематически близких любовных стихотворений, трактующих тему в противоположных - ироничном и романтическом - модусах, несомненно, индикатор влияния Гейне. Это не отменяет и переосмысления ряда гейновских тем в таких стихах, как «Анюте», «Улика», «Горит звезда, дрожит эфир…». Новый этап усвоения поэтики Гейне наметился у Ходасевича в эмиграции. Помимо «Баллады», показательно в этом плане стихотворение «Старик и девочка горбунья…», в поэтике которого аккумулируются характерные для немецкой поэзии темы в целом и стихи Гейне в частности. Вместе с тем, влияние Гейне здесь осложняется тематическим влиянием немецких экспрессионистов. Эта новая, сатирическая и социальная, линия усвоения стихов немецкого поэта не получила своего развития в творчестве Ходасевича, и в его эмигрантских стихах мы больше не обнаруживаем обращения к Гейне. Что же касается немецких экспрессионистов, то, по-видимому, Ходасевич в некоторой степени испытал влияние их поэзии, однако его нельзя признать существенным.

Бесплатно

В. Ф. Ходасевич и Г. Гейне. (статья вторая)

В. Ф. Ходасевич и Г. Гейне. (статья вторая)

Успенский Павел Федорович

Статья научная

Статья посвящена влиянию Гейне на поэзию Ходасевича. Хотя русская литературная традиция для Ходасевича была важнее, чем европейская, в его лирике обнаруживается ощутимый пласт поэзии Гейне. Обращение к Гейне в ранних стихах Ходасевича можно охарактеризовать как поверхностное. Оно необходимо либо для ироничного изображения любви («Стихи о кузине»), либо для описания типизированного немецкого города («В немецком городке»). В стихах «Тяжелой лиры» (1920-1922 гг.) усвоение Гейне оказывается более глубоким. Ходасевич, с одной стороны, развивает едкую гейневскую иронию («Жизель»), а с другой - усваивает его романтическое отношение к любовной теме («Странник прошел, опираясь на посох…»). Соседство в рамках книги как смыслового единства двух тематически близких любовных стихотворений, трактующих тему в противоположных - ироничном и романтиче-ском - модусах, несомненно, индикатор влияния Гейне. Это не отменяет и переосмысления ряда гейневских тем в таких стихах, как «Анюте», «Улика», «Горит звезда, дрожит эфир…». Новый этап усвоения поэтики Гейне наметился у Ходасевича в эмиграции. Помимо «Баллады», показательно в этом плане стихотворение «Старик и девочка-горбунья…», в поэтике которого аккумулируются характерные для немецкой поэзии темы в целом и стихи Гейне в частности. Вместе с тем, влияние Гейне здесь осложняется тематическим влиянием немецких экспрессионистов. Эта новая, сатирическая и социальная, линия усвоения стихов немецкого поэта не получила своего развития в творчестве Ходасевича, и в его эмигрантских стихах мы больше не обнаруживаем обращения к Гейне. Что же касается немецких экспрессионистов, то, по-видимому, Ходасевич в некоторой степени испытал влияние их поэзии, однако его нельзя признать существенным.

Бесплатно

Г. Казак и Е. Замятин: к вопросу о роли мифологических аллюзий в антиутопии

Г. Казак и Е. Замятин: к вопросу о роли мифологических аллюзий в антиутопии

Данилкова Юлия Юрьевна

Статья научная

В статье на типологическом уровне сопоставляются романы Г. Ка-зака и Е. Замятина («Город за рекой» и «Мы»), при этом изучается вопрос о роли ми-фологических аллюзий в двух произведениях. Исследуется вопрос о жанровом своеоб-разии романа Г. Казака «Город за рекой», отмечаются черты антиутопии, присутст-вующие в нем. На примере произведений двух авторов проанализированы особенности романа-антиутопии как жанрового гибрида, включающего в себя черты социально-философского романа, утопии, романа любовного, детективного и психологического. В статье также отмечается отсутствие важной жанрообразующей черты в романе Г. Казака - конфликта тоталитарного государства и личности. Автор статьи делает сле-дующее заключение: Г. Казак выходит за пределы жанра антиутопии и создает фило-софский роман, отражающий аллегорико-символическую модель мира.

Бесплатно

Гайто Газданов и Джеймс Джойс (о романе «Вечер у Клэр»)

Гайто Газданов и Джеймс Джойс (о романе «Вечер у Клэр»)

Кибальник Сергей Акимович

Статья научная

Статья посвящена рецепции творчества Джеймса Джойса в литературе его современников, русских писателей-младоэмигрантов. Конкретно речь идет о знаменитом романе одного из лучших прозаиков младшего поколения первой русской эмиграции Гайто Газданова (1903-1971) «Вечер у Клэр» (). В самом начале этого романа повествователь, проходя по ночному Парижу, видит «в витрине фотографии» «лицо знаменитого писателя». В статье доказывается, что речь здесь идет об одном из фотопортретов Джеймса Джойса. Деталь эта оказывается весьма значимой. Подобно джойсовскому «Улиссу», роман Газданова пронизывает мифологический и прежде всего гомеровский подтекст.

Бесплатно

Генрих Белль в кругу советских диссидентов: на пути к подписанию московского договора

Генрих Белль в кругу советских диссидентов: на пути к подписанию московского договора

Бакши Наталия Александровна

Статья научная

Объектом данной статьи являются взаимоотношения Генриха Белля и советских диссидентов - литературоведа-германиста Льва Копелева и его супруги Раисы Орловой, Владимира Адмони и его супруги Тамары Сильман, переводчика и литературоведа Ефима Эткинда - в рамках широкого контекста новой восточной политики. Один из главных вопросов, ставящихся в статье: что объединяло католика Белля и советскую интеллигенцию и как эти дружеские взаимоотношения повлияли на политику Вилли Брандта. Автор доказывает, что сближение происходило не на основе общечеловеческих гуманитарных ценностей, а на более глубоком христианском уровне. Политическая и христианская риторика были неразрывно связаны для Белля и рождали смешанный религиознополитический дискурс, привлекавший русскую интеллигенцию. Основным понятием здесь был радикализм, сближающий христиан и коммунистов. Этот радикализм Белль называет по аналогии с Коммунистическим интернационалом Интернационалом спиритуализма. Политике сближения аппаратов разных стран Белль противопоставлял политику сближения отдельных людей и считал, что изменение восточной политики не в последнюю очередь связано с его личным влиянием на Вилли Брандта, социалистические установки которого писатель также пытался вписать в христианский контекст. Белль видел возможности настоящего сближения ФРГ и СССР не на политической арене, а на уровне личностных взаимоотношений и культуры.

Бесплатно

Грак и Вагнер: пути и мотивы схождения и расподоблений

Грак и Вагнер: пути и мотивы схождения и расподоблений

Тимашева Оксана Владимировна, Карпова Анна Вадимовна

Статья научная

В статье рассматривается ранний период творчества французского писателя Жюльена Грака (1910-2007), когда он, испытав сильное воздействие музыки и литературных идей Рихарада Вагнера (1813-1883), пришел к новой трактовке чувственного в произведениях «Замок Арголь» (1938) и «Король-рыбак» (1948). Влияние «вагнеризма» стало важным отрезком его пути в искусстве и нашло отражение в эссеистике и прозе писателя. Интермедиальный аспект взаимодействия литературы и музыки анализируется не с точки зрения вербального воспроизведения музыкальной партитуры, а в ракурсе ее интерпретации и модификации, воссоздающей новый смысловой контекст. Подчеркивается, что Ж. Грака привлекала не только музыка, но и театральность произведений Вагнера, граничащая с карнавализацией, т.е. особой поэтикой, в которой фантастическое смешивается со смеховым и идеальным. Отмечено также, что Грак заимствует у Вагнера и систему лейтмотивов, что выражается в особой структуре текста, соблюдающей в прозе драматическую композиционность. Однако в отличие от Р. Вагнера Ж. Грак отказывается от психологической мотивации поступков персонажей, десакрализирует чувственное и лишает средневековые мифологемы христианских коннотаций, сближая тем самым духовные устремления персонажей оперы Р. Вагнера с сюрреалистическими поисками абсолюта. Композиционно и интонационно перегруппировывая элементы исходного мифа о Граале, французский писатель с помощью семантических трансформаций придает противоположный смысл вагнерианским мотивам. Трагический конфликт духовного и телесного, фундаментальный у Р. Вагнера, претворяется в сюрреалистической трактовке Ж. Грака в идею трансцендентного откровения, чуждого традиционной бинарной оппозиции.

Бесплатно

Драматические принципы шведской комедии И. Мессениуса в русских пьесах 1670-х гг. (на примере пьес И.Г. Грегори и Ю. Гивнера)

Драматические принципы шведской комедии И. Мессениуса в русских пьесах 1670-х гг. (на примере пьес И.Г. Грегори и Ю. Гивнера)

Каплун Марианна Викторовна

Статья научная

В статье рассматривается возможность русско-шведских литературных связей второй половины XVII в. на примере пьес И. Мессениуса, И.Г. Грегори и Ю. Гивнера. В эпоху царствования Алексея Михайловича русскошведские дипломатические отношения переходят в активную фазу. Свидетелями первых представлений на Руси становятся шведские дипломаты, из докладов которых можно узнать о становлении русского театра. На примере художественной структуры пьес деятелей Немецкой слободы в Москве Иоганна Готфрида Грегори и Юрия Гивнера («Артаксерксово действо» 1672 г. и «Темир-Аксаково действо» 1675 г.), а также драматического наследия шведского историка и драматурга начала XVII в. Иоханнеса Мессениуса («Disa» 1611, «Blanckamäreta» 1614 и др.) можно выявить ряд общих признаков, характерных для шведской и русской драмы XVII в. В пьесах Мессениуса и русских драматургов немецкого происхождения присутствует схожее построение прологов, сочетающих традиционное обращение к зрителю, краткий пересказ содержания и акцент на поучительном характере представления для зрителя. Принцип историзма (исторической аналогии) позволяет авторам связывать легендарные события с современностью. Шведская и русская драма XVII в. содержит единое понимание драматической формы, как комедии или развлекательного действия, вне зависимости от жанрового деления пьес. Рассмотрение первых русских пьес в контексте скандинавского драматического искусства дает возможность говорить о североевропейском театре XVII в. и становлении ранней русской драмы последней трети XVII в.

Бесплатно

Интерпретация лирических произведений Х.Д. Дзаболова в художественных переводах Н.М. Рубцова

Интерпретация лирических произведений Х.Д. Дзаболова в художественных переводах Н.М. Рубцова

Дзапарова Елизавета Борисовна

Статья научная

В статье впервые рассмотрено переводческое наследие известного русского писателя ХХ в. Николая Рубцова (1936-1971). Автором представлен лексико-семантический анализ переведенных Н. Рубцовым текстов в сопоставлении с оригинальными стихотворениями осетинского поэта Хазби Дзаболова (1931-1969). В исследовании устанавливается степень адекватной подачи переводчиком содержательной основы, формальной организации стиха, национальной специфики исходного текста. В ходе сопоставления разноязычных текстов (оригинала, перевода) выявляются основные переводческие решения в преодолении Рубцовым трудностей, связанных со спецификой осетинского языка. В результате проведенного исследования установлено, что при выборе переводимых произведений Рубцов исходил из своих художественных предпочтений. Тематика произведений автора и переводчика совпадала, а индивидуальный стиль Дзаболова во многом был схож с творческим почерком, манерой самого Рубцова. Основные стратегии перевода осетиноязычных строк сводились к двум основным способам. В первом случае переводчик старался расширить смысловое поле первичного текста, а местами обогатить его образную систему. Во втором, наоборот, Рубцов прибегал к изменению конструкций предложений и формы стиха в целом за счет сужения текста: переводчиком нивелируется часть номинативных единиц. Однако вносимые Рубцовым отступления и дополнения не повлияли, как представляется нам, на адекватное восприятие реципиентом смысла произведений. Текст в переводе получался достаточно информативным для осмысления заключенных в нем интенций автора.

Бесплатно

Журнал